Песец, который пришёл, или Записки сумасшедшего

Почти убеждён: на больной половой
Вопрос намекает обсценность лексем.
Увы, голоса в голове с головой
Не дружат. От слова «совсем».

Скабрёзно острят
В три смены подряд:
«Песец, — говорят. —
К тебе, — говорят. —

Пришёл, — говорят. —
Встречай, — говорят, —
Уж коль ты средь гряд
Реформ с октябрят».

Встречаю. Фанфары на самых низах
Играют ва-банк, по сусекам скребя.
В исполненных пламени бездны глазах
Всё явственней вижу себя.

Помят, недобрит —
Искрит колорит!
«Пардон, — говорит. —
Песец, — говорит. —

Скучал, — говорит. —
Пришёл, — говорит. —
Гуляй, сибарит!
Валяй сеньорит!»

Но что до того? Никого своего
По плану, царящему выше всего
Владычества сил не от мира сего
Над сильными мира сего.

Сезон к мартобрю —
Респект вискарю.
«Горю, — говорю. —
Тону, — говорю. —

Песец, — говорю. —
Виват! — говорю».
Царёво — царю,
И с песней в зарю!

Из тихого омута свод перспектив
Возможности тьмы выдают на-гора,
Где демонский хохот строптив и ретив:
Пора, сослуживец, пора!

Пора? Так смотри ж
С одра на Париж!
«Зачем? — говоришь. —
Уже! — говоришь. —

Собор, — говоришь. —
Песец, — говоришь».
Фанерой паришь,
Кузьма-нувориш!

Родные пенаты со всей прямотой
Властям предержащим рекут: «Исполать
За благовест истины в гимне Святой
Руси, да за тишь, да за гладь!»

Вербальный мейнстрим
Очами незрим.
«Бардак, — говорим. —
Шабаш! — говорим. —

Труба, — говорим. —
Зовёт, — говорим».
Песец-пилигрим,
Айда в Третий Рим!

© Алексей Масленников, 2022